110 лет Степану Дмитриевичу ДОРОХОВУ


     Степан Дмитриевич ДОРОХОВ – первый командир легендарного дважды орденоносного соединения «Войсковая часть 03080» - родился 24 ноября 1913 года в степных краях Донского казачества Российской империи, в местечке, ставшем позже селом Александровка Сталинской области Украинской ССР (ныне Донецкая область Российской Федерации) в рабочей семье.

     20 июля 1932 года с должности подручного слесаря Шахты «В» рудника «Ветка» он был призван в Рабоче-крестьянскую Красную Армию и направлен на учебу сначала в Школу червонных старшин Украинского Военного Округа (г. Харьков), а с января 1933 года - курсантом Сумской артиллерийской школы (г. Сумы).

     После окончания артиллерийской школы С.Д.Дорохов был назначен командиром полу-батареи артиллерийского полка 1-й Московской Пролетарской Стрелковой дивизии Московского военного округа. Вскоре он был направлен слушателем Курсов физической подготовки в г. Ленинград и после их окончания с июля 1937 года продолжил службу в должности инструктора физической подготовки «Военного училища имени ВЦИК» МВО (ныне Московское высшее общевойсковое командное орденов Ленина и Октябрьской Революции Краснознаменное училище).

     В 1938 году С.Д.Дорохов был переведен в г. Подольск Московской области и назначен командиром взвода курсантов Подольского Артиллерийского училища, а с 27 марта 1939 года он становится командиром батареи курсантов этого же училища.

     Накануне войны С.Д.Дорохов окончил Военную Академию Красной Армии имени М.В. Фрунзе. В годы Великой Отечественной войны с первых и до последних её дней он принимал активное участие в боевых действиях:

          - с сентября 1941 г. по июнь 1942 г. - командиром дивизиона 2-го Гвардейского минометного полка в составе Южного фронта;

          - с июня 1942 г. по сентябрь 1942 г. - командиром 71-го Гвардейского минометного полка М-13 Резерва Главного командования Юго-Западного фронта;

          - с сентября 1942 г. по январь 1943 г. - командиром дивизиона 410-го отдельного Гвардейского миномётного дивизиона в составе Калининского фронта;

          - с января 1943 г. по февраль 1943 г. - начальником штаба армейской оперативной группы Гвардейских миномётных частей Калининского фронта;

          - с февраля 1943 г. по февраль 1944 г. - командиром полка 24-го Гвардейского миномётного полка в составе сначала Северо-Западного, а затем 1-го и 2-го Белорусских фронтов;

          - с февраля 1944 г. по сентябрь 1944 г. - заместителем Начальника оперативной группы Гвардейских миномётных частей 1-го Прибалтийского фронта;

         - с сентября 1944 г. - заместителем Командующего артиллерией 6-й Гвардейской армии 1-го Прибалтийского Фронта. В этой должности С.Д.Дорохов встретил День Победы над фашистской Германией.

     Ратный труд Степана Дмитриевича Дорохова в годы войны был отмечен семью боевыми орденами (тремя орденами Красного Знамени, орденом Александра Невского, орденом Кутузова III степени, орденом Отечественной войны I степени, орденом Красной Звезды) и многими десятками медалей.

     После окончания войны в июне 1945 года С.Д.Дорохов был назначен начальником штаба артиллерии 6-й Гвардейской армии Прибалтийского Военного округа, а затем через год он становится командиром 17-го Гвардейского миномётного полка Гвардейского стрелкового корпуса этого округа. Далее его послевоенная воинская служба и человеческая судьба сложились следующим образом:

          - с апреля 1947 г. - старший офицер НИИ-4 Академии артиллерийских наук Министерства Вооружённых сил СССР;

          - в 1952 г. он окончил с «золотой медалью» Академию Генерального штаба Вооружённых сил СССР и с 24 октября 1952 г. являлся Научным руководителем группы реактивной артиллерии НИИ № 3 Академии артиллерийских наук;

          - с 1954 г. по август 1956 г. С.Д.Дорохов проходил службу в должности Начальника штаба корпуса Первой армии ПВО особого назначения.

     Во исполнение постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 03 февраля 1956 г. директивой Генерального штаба от 30 июля 1956 г. было начато формирование Государственного научно-исследовательского испытательного полигона № 10 (ГНИИП-10, в/ч 03080) Министерства обороны СССР, ставшего на долгие годы основным полигоном для испытаний систем противовоздушной и противоракетной, а в дальнейшем и противокосмической обороны страны.

     Первым командиром соединения (начальником полигона) был назначен фронтовик, генерал-майор артиллерии ДОРОХОВ Степан Дмитриевич - прекрасной души человек, опытнейший военачальник, самоотверженный труженик, посвятивший всю свою недолгую, но яркую жизнь защите родного Отечества, сначала с оружием в руках на дорогах войны, а затем в течение 10 лет во главе уникального испытательного полигона, расположенного на бескрайних просторах казахской степи Бетпак-Дала (Голодная степь).

     Как говорится, «с нуля» в тяжелейших климатических и бытовых условиях создавался полигон, возводились десятки технологических зданий и сооружений, прокладывались сотни километров дорог, линий электропередач, линий связи и др. Грузы со всех концов страны шли с огромной интенсивностью - их надо было принимать и развозить на сотни километров по создаваемым объектам. Эшелоны стояли в очереди из-за низкой пропускной способности однопутной станции Сары-Шаган Казахской железной дороги. В такой приближенной к боевой обстановке работал на первых порах сравнительно небольшой коллектив в/ч 03080, возглавляемый начальником полигона С.Д.Дороховым и начальником строительства А.А.Губенко - в невиданно короткие по тем да и по нынешним временам сроки научно-исследовательский испытательный полигон был введен в строй для решения поставленных перед ним архи сложных задач испытаний новейших образцов вооружения и военной техники ПВО, ПРО, ПКО.

     В эти же годы под руководством С.Д.Дорохова и при непосредственном его участии на полигоне были осуществлены следующие основные специальные работы:

           - создан уникальный измерительный комплекс, который уже в начале 1960-х годов, в связи с возросшими объёмами испытательных работ, представлял собой автоматизированную систему измерений и обработки «Курган»;

          - развернуты и введены в эксплуатацию экспериментальные радиолокаторы РЭ-1,2,4, с помощью которых впервые в мире удалось подтвердить принципиальную возможность обнаружения головной части баллистической ракеты на траектории ее полета;

          - впервые в мире создан и испытан экспериментальный комплекс противоракетной обороны (Система «А», главный конструктор Г.В.Кисунько), включающий в себя Главный командно-вычислительный центр (ГКВЦ), радиолокационную станцию дальнего обнаружения Дунай-2 (главный конструктор В.П.Сосульников), три радиолокатора точного наведения и радиолокационную станцию визирования противоракеты (РТН-1,2,3 и РСВПР, главный конструктор Г.В.Кисунько),  стартовую позицию, оснащенную противоракетами В-1000 (главный конструктор П.Д.Грушин).

     Именно этому комплексу в марте 1961 года суждено было войти в историю как первому в мире «перехватчику» головной части баллистической ракеты на траектории ее полета - о результатах этой работы С.Д.Дорохов и Г.В.Кисунько доложили шифр-телеграммой в Кремль Н.С.Хрущову, который в свойственной ему манере не преминул оповестить мировое сообщество о наших возможностях «попасть в космосе в муху»;

          - прошли испытания и нашли свое место в первой боевой системе ПРО Москвы (Система А-35, генеральный конструктор Г.В.Кисунько) противоракетный стрельбовый комплекс "Алдан" и станция дальнего обнаружения целей "Дунай-3";

          - прошли успешные испытания и были запущены в производство три зенитных ракетных комплекса противовоздушной обороны страны (генеральные конструкторы С.А.Лавочкин и Б.В.Бункин), в последствии блестяще проявившие себя в борьбе с американскими самолетами во Вьетнаме и на Ближнем Востоке;

          - был построен отвечающий всем требованиям своего времени город на берегу уникального озера Балхаш с поэтическим названием «Приозерск».

     Ярким свидетельством значительности вклада С.Д.Дорохова и руководимого им полигона в повышение обороноспособности страны стало то, что за первые 10 лет этого плодотворного союза и полигон, и его командир были по праву удостоены высших наград государства - орденов Ленина.

     С.Д.Дорохов избирался Депутатом Верховного Совета Казахской ССР V и VI созывов, членом ЦК Компартии Казахстана, делегатом XХII и XХIII съездов КПСС.

     О том, каким Степан Дмитриевич был человеком, свидетельствуют воспоминания о нем одного из командиров строительных частей полковника Л.С.Арзанова:

     «Начальник гарнизона часто самостоятельно обходил стройки города. Как-то ранним утром, одетый в обычный спор­тивный костюм, — а он любил делать по утрам пробежки — С.Д.Дорохов остановился около группы солдат-строителей и завел с ними разговор о причинах срыва сроков строительных работ на данной конкретной стройке. Появившийся прораб майор Орехов, будучи человеком новым, не знал в лицо начальника полигона и принял его за праздно шатающегося гражданина, который отвлекает людей от дела. Орехов в недипломатичной форме выгнал его со стройки. Майор Орехова в такой ситуации ждал неминуемый «разгон», но С.Д.Дорохов посчитал его поведение в данной ситуации правильным, а вот мне досталось уже сполна по существу плохо организованной работы.

     От этого человека  веяло кипучей энергией, он любил спорт, зимой купался в проруби, никогда не жаловался на здоровье. Ярый враг бюрократизма, он никогда не засиживался в кабинете, проверял реальное выполнение на местах всех принятых решений. Вместо споров С.Д.Дорохов дружески, но вместе с тем в приказном тоне, говорил: «А ты сбегай на площадку, посмотри сам, поговори с людьми. Может быть, найдешь возможность помочь им!». «Площадки» были удалены от нас на сотни километров и как-то, видя мое недовольное лицо, он предложил: «Давай завтра полетим вместе. И мне не мешает побывать там…».

     Степан Дмитриевич был очень внимателен к людям. Помню такой случай. Рыбаки поселка Тасарал жили в 1964 году при керосиновом освещении. Узнав об этом, Степан Дмитриевич дал команду организовать комсомольцев для восстановления двух ранее списанных электростанций и в порядке шефской помощи помочь рыбацкому поселку. Многодетной семье Джамбул-бая он помог строительным материалом за счет списанных и подготовленных к утилизации «времянок». Узнав о землетрясении в Ташкенте, он принял решение отправить туда 40 сборных домов для воинских частей, пострадавших от стихийного бедствия. И таких примеров можно привести сотни. Это огромный человеческий талант — постоянно помнить о государственных интересах и видеть за ними заботы и чаяния простых людей".

     Активный участник нашей Победы в Великой Отечественной войне и выдающийся военачальник, возглавивший создание полигона противоракетной обороны страны, генерал-лейтенант Степан Дмитриевич Дорохов скоропостижно скончался 20 февраля 1966 года у трапа самолёта по возвращении из города Караганда, где он участвовал в областной партийной конференции, избравшей его делегатом XXIII съезда КПСС. Проститься с любимым командиром и замечательным человеком, так много сделавшим для Отечества и простых людей, вышел, без малейшего преувеличения, весь гарнизон и город Приозерск - людская процессия сопровождала траурный кортеж до самого аэродрома. Похоронен он был в Москве, на Новодевичьем кладбище.

     Память о Степане Дмитриевиче Дорохове сохранена в имени первой средней школы и одной из улиц города Приозерска, к большому сожалению, оставшихся за рубежом Отечества, в дружественной Республике Казахстан. В его честь создан стенд в музее полигона (в/ч 03080), мемориал в сквере рядом с гарнизонным Домом офицеров и стела на центральной площади города. Много добрых слов в адрес Степана Дмитриевича Дорохова и его фотографий можно найти в Музее истории создания ПРО «Звезды в пустыне», функционирующем с 2009 года в здании средней школы № 1430 г. Москвы, а также на сайте Региональной общественной организации «Ветераны полигона ПРО», г. Москва.

     Кстати, очередное Общее собрание Организации будет посвящено 110-й годовщине со дня рождения Степана Дмитриевича ДОРОХОВА.

 

Совет РОО «Ветераны полигона ПРО», г. Москва

 

                            

                                                               1956 год                                                                 1966 год

Город Приозерск, по-праву претендовавший в 1966 г.  на переименование в город Дорохов

Установлена к 60-летию В/ч 03080 и Дню города Приозерска (на площади справа от ГДО)

Установлено 20 ноября 2023 г. к 110-й годовщине со дня рождения С.Д.Дорохова

  В апреле 1958 года я прибыл к новому месту службы в в/ч 03080.

           Первые впечатления от увиденного полупустынного пейзажа вызвали отчаяние и смятение о дальнейшем продолжении службы. На следующий день, получив назначение в отделе кадров, я начал привыкать и осваивать новую должность в штабе 03080 полигона.

          Служба на полигоне настолько отличалась от уставной армейской службы, что привыкнуть к ней и понять её требовалось определённое время, но его то и не было. Нас, молодых лейтенантов, включали в набирающий темп строительства и создания объектов полигона, разбросанных на сотни километров от центра. В этой большой многогранной работе чётко прослеживалось руководство штаба полигона, управлений и руководителей полигона. Непрерывность процесса строительства технологических зданий, жилья для сотрудников и представителей промышленности с одновременным монтажом оборудования, его наладкой и освоением офицерским составом требовалась большая ответственность всего руководящего состава и, в первую очередь, руководства полигона во главе с генералом Дороховым С.Д.

          В освоении новой должности, благоустройстве прошел год службы на полигоне.

          На праздничном построении в мае 1959 года генерал Дорохов С.Д., обходя строй, остановился у штабной коробки, в которой я стоял в первой шеренге, около меня и пристально посмотрел. Я представился, а начальник штаба полигона полковник Исаев А.И. что-то доложил ему, и они проследовали дальше, продолжая обход строя.

          Это была первая встреча с начальником полигона, на которой он почему-то обратил пристальное внимание на меня.

          После праздничных майских дней служба продолжалась своим чередом. И, вдруг, в середине июля в воскресный день в моей квартире раздался телефонный звонок. Звонил оперативный дежурный полигона, который передал мне, что меня вызывает начальник полигона генерал Дорохов С.Д. Быстро собравшись и не понимая, «за что» меня вызывает начальник полигона, я выскочил из дома, где меня уже ждал на машине оперативный дежурный, который доставил меня на «полуостров» к дому Степана Дмитриевича. На пороге меня встретила обаятельная женщина, представившаяся Александрой Васильевной, супругой Степана Дмитриевича.

          Задав мне ряд вопросов, она проводила меня в дом, при этом рассказав, что Степан Дмитриевич после майских дней, когда он увидел меня на построении, не находит себе места – увидел во мне «двойника» своего сына, который много лет не живет с ними.

          Войдя в дом, я встретил генерала Дорохова, который был в спортивном костюме. Представившись, я стоял как вкопанный. Степан Дмитриевич подал мне руку, а затем нежно прижал к себе и что-то говоря, провел меня на кухню, где он готовил сайгачьи потроха. Усадив меня за стол и по-отечески улыбаясь, предложил мне рассказать все о себе. Внимательно выслушав мой рассказ, он задал ряд вопросов, уточняющих подробности моей небогатой жизненной биографии. После беседы он предложил попробовать приготовленные им сайгачьи потроха. Налив по рюмке водки, он предложил выпить за знакомство, при этом добавив, что будет рад видеть меня в их доме и чтобы я не удивлялся, когда меня будут вызывать к нему. Александра Васильевна присутствовала при нашем разговоре, поддерживая Степана Дмитриевича.

          Я не могу передать свое состояние в то время, хотя до сих пор помню, что рюмка дрожала в моей руке, глоток водки от волнения встал поперёк горла. Степан Дмитриевич, видя мое состояние, со свойственной ему открытостью посмеивался над моей робостью и, обращаясь к Александре Васильевне, говорил, мол, посмотри, как он перепугался моим вызовом, но это со временем пройдет, и что он хотел бы почаще видеть меня в их доме.

          За разговором прошло много времени, и когда он вызвал машину, чтобы отвезти меня в городок, был уже поздний вечер.

          Дома меня ждала перепуганная супруга, которая переживала за меня, не ведая, за какие такие проступки вызвал меня начальник полигона. После моего рассказа о всем пережитом, она удивилась, но успокоилась.

          О своем вызове к начальнику полигона я никому не рассказывал и ни с кем не делился. И вдруг, через несколько дней, меня вызывает начальник особого отдела полковник Зыкин И.З. и интересуется, зачем оперативный дежурный отвозил меня к начальнику полигона. Я рассказал, что генерал Дорохов интересовался моей биографией и как идет служба у молодого лейтенанта. На этом наша беседа и закончилась.

          После первой встречи с генералом Дороховым С.Д. мне неоднократно приходилось бывать в их доме. Причиной моих приездов была Александра Васильевна, которая, видя плохое самочувствие Степана Дмитриевича, звонила и приглашала приехать. Громадное напряжение, испытываемое начальником полигона, особенно в первые годы становления полигона - строительство технологических и жилых зданий и сооружений, монтаж и наладка оборудования, размещение многочисленного офицерского состава и представителей промышленности и многое другое – все это требовало его личного вмешательства в решение государственной задачи по быстрейшему созданию уникального полигона. Он постоянно находился на объектах за сотни километров в пустынной степи Прибалхашья. Встречался с офицерским составом, представителями промышленности и оперативно решал все возникающие проблемы.

          Будучи депутатом Верховного Совета Казахстана, он решал многие вопросы становления молодого города и внес неоценимый вклад в его развитие.

          Александра Васильевна, видя его постоянную напряженность и загруженность, пыталась отвлечь его от повседневных проблем и, как мне кажется, одной из таких отдушин были встречи со мной. Александра Васильевна звонила и приглашала приехать. Вначале я ездил один, но после замечания Степана Дмитриевича, почему я прихожу один, мы начали бывать в их доме вместе с супругой Людмилой. Александра Васильевна с Людмилой готовили что-то на кухне, а мы со Степаном Дмитриевичем выходили к озеру. Он расспрашивал меня о жизни и делился своими воспоминаниями о пережитых военных и послевоенных годах. Искупавшись в озере, когда позволяла погода, мы возвращались к столу. Находясь в их доме, я постоянно чувствовал его трогательное отношение к себе, я бы сказал, отцовское внимание и заботу. Он как бы возвращался в то время, когда близкие и дорогие ему люди были целью и смыслом жизни, и прошлое отвлекало от повседневных тяжелых будней.

          Помимо домашних встреч, мы часто присутствовали на праздничных встречах руководящего состава полигона.

          Служба шла своим чередом и город рос, благоустраивался. Воспользовавшись предложением подполковника Шевцова З.З., я перешел в 3-е управление, возглавляемое полковником Большаковым Б.А. Но и после перевода из штаба в научное управление, я продолжал бывать в доме Дороховых.

          Летом 1965 года меня перевели в Москву, в 45 СНИИ МО и назначили в управление Богаева В.С.  Перед отъездом я напросился на прием к Степану Дмитриевичу. Он принял меня, сказал, что в курсе перевода, пожелал успешной службы, добавив, что если будет трудно – звони. Поблагодарив его за проявленные ко мне и моей семье отеческое внимание и заботу, я убыл к новому месту службы.

          Служба на новом месте проходила успешно, но главная трудность заключалась в отсутствии жилья. Поэтому при очередной встрече в Москве со Степаном Дмитриевичем я попросил его помочь в получении квартиры. Он сказал, что обязательно поговорит с Пенчуковым И.М. Через два-три месяца после моей просьбы я получил ордер на квартиру в г. Болшево.

          О скоропостижной смерти Степана Дмитриевича я узнал, находясь в госпитале после операции, и поэтому не смог присутствовать на его похоронах. После выписки из госпиталя я поехал к Александре Васильевне, и мы с ней пришли на Новодевичье кладбище к могиле Степана Дмитриевича. Возложили цветы, слезы заливали лицо. Мне не хотелось верить, что не стало человека богатырского телосложения, никогда не жаловавшегося на свое здоровье, до поздней осени купавшегося в водах Балхаша. Ушел из жизни человек, вся жизнь которого была отдана служению Родине. Многочисленные правительственные боевые награды в период войны и награды в послевоенное время наглядно свидетельствуют о его высоких человеческих качествах, больших организаторских способностях, умении ценить и уважать подчиненных и окружающих его людей, организовывать и сплачивать многотысячные воинские коллективы, пользоваться уважением и доверием руководства Министерства обороны, главных и генеральных конструкторов, многочисленных представителей предприятий и организаций оборонных отраслей промышленности.

          Личный вклад Степана Дмитриевича Дорохова в строительство и создание научно-исследовательского испытательного полигона противоракетной и противосамолетной обороны золотыми буквами вписан в летопись великих побед Советского Союза.

          Степан Дмитриевич был мудрым руководителем и заботливым отцом всех тех, кому посчастливилось служить под его руководством.

          И мне, одному из многих, пользующихся его расположением и вниманием, с полным основанием можно сказать: «Спасибо Вам, дорогой Степан Дмитриевич, за возможность находиться в Вашей семье, ощущать заботу и доброту человека, обремененного решением государственных задач при создании полигона, но в то же время остававшегося внимательным и отзывчивым человеком! Вечная Вам память…»

 

Ветеран полигона полковник в отставке

Фадеев Виктор Иванович. 

 У меня сохранилась светлая память об этом Человеке!

     Первая моя встреча с генералом С.Д.Дороховым состоялась в конце июля 1960 года, когда нас, выпускников Рижского высшего инженерного военного авиационного училища, без предоставления отпуска направили служить в Казахстан, в войсковую часть 03080. Из-за строгой секретности никто не мог нам рассказать о нашей дальнейшей службе и чем будем заниматься.

     По прибытии в в/ч 03080 тоже никто ничего не говорил о нашей дальнейшей службе, а в отделе кадров, который тогда размещался на полуострове, нам сказали, что пока на нас из Москвы не прибыл приказ. Поэтому мы добросовестно загорали  на берегу Балхаша.

     Через некоторое время нас пригласили на прием к генералу С.Д.Дорохову, который своей простотой и спокойствием сразу расположил всех нас к себе и по мере возможности, особо не нарушая секретности, объяснил нам, что мы прибыли служить на строящийся новый научно-исследовательский полигон, где вместе с разработчиками новой техники будем участвовать в ее испытаниях. Большинство из нас будет направлено в отдельные войсковые части, которые находятся на объектах (площадках), а  некоторые товарищи, в основном выпускники Харьковской артиллерийской радиотехнической академии имени Л.А.Говорова, останутся в центре, в в/ч 03080, в научных управлениях.

    Также генерал С.Д.Дорохов рассказал, что для размещения офицеров и их семей строится город, который пока не имеет названия и порекомендовал нам тоже подумать о его названии. Генерал произвел на нас прекрасное впечатление. Вскоре после этой встречи нас, 10 рижан, отвезли на автобусе на 35 площадку, где я и прослужил 10 лет.

     Вторая личная встреча с генералом Дороховым у меня состоялась в конце 1965 года, когда командир войсковой части 03425 (35 площадка) полковник Мелик-Адамов Евгений Степанович представлял меня начальнику полигона в качестве кандидата на должность главного инженера части - заместителя командира части.

     Командир части полковник Е.С.Мелик-Адамов докладывал начальнику полигона, а я томился в приемной. Затем меня пригласили в кабинет к генералу. Конечно же, я волновался, т.к. Евгений Степанович предлагал меня на должность главного инженера части с должности начальника лаборатории, т.е. сразу минуя несколько вышестоящих должностей. В разговоре генерал С.Д.Дорохов спросил моего командира: «Он у тебя молодой майор (мне тогда было 35 лет), а подчиненные у него будут старше по возрасту и воинскому званию. Справится ли он с ними?». На что мой командир убежденно ответил, что справится.

     Потом генерал перешел на полушутливый тон разговора: «Он у тебя холостяк, а в вашу часть прибыли молодые девушки – солдатки. Так ведь он, как петух в своем курятнике, всех их пере…топчет. И придется тогда разбираться с ним!». Мой командир Евгений Степанович генералу ответил, что на нашей площадке много молодых промышленниц и проблем в этом вопросе у нас с ним не было и не будет.

     Немного пошутив дальше, генерал пожал мне руку, пожелал успеха на новой должности и сказал, что даст указание начальнику отдела кадров, чтобы готовили представление на подпись Главнокомандующему Войсками ПВО страны.

     Но вскоре сам Главнокомандующий Войсками ПВО страны Главный  маршал авиации В.А.Судец с группой генералов и офицеров прибыл на полигон. Приказ о моем назначении главным инженером отдельного центра по испытанию систем противосамолетной обороны С-75, С-200, а в дальнейшем и системы С-225, был подписан прямо на полигоне.

     Внезапная смерть в самом расцвете сил оборвала жизнь замечательного человека генерала  С.Д.Дорохов. Мне пришлось в составе делегации от полигона участвовать в похоронах его в Москве.

     Товарищи из 4 ГУ МО, занимавшиеся организацией похорон, зная о крепкой дружбе генерала С.Д.Дорохова с Генеральным конструктором НПО «Алмаз» Расплетиным Александром Андреевичем, умершим годом раньше, постарались, чтобы их могилы на Новодевичьем кладбище были практически рядом. При погребении это отметила вдова генерала и многие товарищи, кто знал об этой дружбе.

     У меня сохранилась светлая память об этом человеке на всю жизнь.

 

Полковник в отставке

Василий Пантелеевич Шупта  

 

   Мы бесконечно благодарны исключительному подвижничеству Степана Дмитриевича Дорохова...

         В 1957 году выпускники военного института ракетных войск – Ростовского высшего артиллерийского инженерного училища (РВАИУ), но уже офицеры в звании «инженер-лейтенант», не востребованные в формируемых ракетных войсках стратегического назначения, оказались в Москве в распоряжении Главкома Войск ПВО страны. Решением Управления кадров Войск ПВО страны большинству прибывших в Москву офицеров была «предоставлена честь» продолжить дальнейшую военную службу на создаваемом на берегу озера Балхаш в Казахстане противоракетном полигоне Сары-Шаган (10-м Государственном научно-исследовательском испытательном полигоне противоракетной обороны МО СССР). Эта участь постигла и меня.       

         Первая группа выпускников РВАИУ в октябре 1957 года по железной дороге была направлена из Москвы в распоряжение начальника полигона Сары-Шаган генерал-майора Степана Дмитриевича Дорохова. Как это происходило, можно представить себе из очерка, помещённого в Интернете одним из выпускников РВАИУ, следовавшего в этой группе офицеров на полигон. Ниже приводятся выдержки из этого очерка.

         На тот момент у «зеленых» лейтенантов, гордившихся и своим званием, и своими знаниями, не было никаких представлений о том, где же фактически находится это соединение, куда их отправили. Почтовый адрес его был узбекским – «Ташкент-91», а станция назначения –  «Сары-Шаган» принадлежала Казахстану. И тем более трудно было представить, какую там военным инженерам-ракетчикам могли найти работу. И, несмотря на неопределённость, скрывая, конечно, озабоченность, все ехали весело, с музыкой, шутками, разговорами на отвлечённые темы.

         И вот, наконец, конечный пункт назначения – железнодорожная станция «Сары-Шаган». Ночь. Лишь небольшая лампочка освещает станционное строение, называемое «Вокзалом». Разговоры смолкли. В темноте привокзальной площади появляются встречающие офицеры. Усаживают прибывших в тёмные ПАЗы, стоящие в сторонке, и примерно через 40 минут по ещё неведомым пыльным дорогам (это единственное, что можно было увидеть в слабом свете фар) ПАЗы прибывают на «Полуостров». Так народ называл временное полигонное поселение военных строителей по месту его расположения на полуострове озера Балхаш. И это название закрепилось на долгие годы (воистину, нет ничего более постоянного, чем временное).

         Через несколько дней начальник полигона генерал-майор Степан Дмитриевич Дорохов собрал группу прибывших офицеров, а это уже были не только ростовчане, но и пока мне незнакомые молодые офицеры-выпускники из других военных училищ и академий большой страны, а кроме того, среди них были и некоторые не совсем молодые офицеры. Подтянутый генерал рассказал о задачах, суровых условиях жизни (пока). Говорил о перспективах. Показал картинно оформленный проект будущего города, куда со временем можно будет привезти жён и детей тем, кто ими успел обзавестись. О том, когда наступит такая возможность, генерал не сказал. А на робкий вопрос одного из офицеров: «Сколько нам здесь служить?», ответил: «Здесь вам не ссылка, бессрочно!». «Платят на полигоне больше, чем в других частях: доплата 15 процентов «песочных или пыльных» за полупустыню и 20 процентов  за «секретность», –  завершил свою речь генерал, глядя на кислые физиономии прибывших.

         Дело в том, что, хотя полигон официально подчинялся 4-му Главному управлению Министерства обороны, возглавляемому легендарным лётчиком-полярником генерал-полковником Георгием Филипповичем Байдуковым, принимать окончательные решения по кадровым вопросам руководство Министерства обороны СССР предоставило лично С.Д.Дорохову.

         Всех распределили по объектам и, наконец, появилось хотя бы приближённое, но понимание того, что происходит, что предстоит и с чем придется иметь дело. Одним из первых открытий было то, что решение о создании полигона в тех забытых Богом и обиженных природой необозримых казахских просторах было принято год назад, а в настоящее время продолжается комплектование полигона офицерскими кадрами.

         Мне же, назначенному на полигон в научно-исследовательскую часть (НИЧ), временно дислоцируемую в Москве, представилась возможность ознакомиться с полигоном Сары-Шаган в зимнее время. В декабре 1957-го года (через два месяца после назначения на должность) мне в Москве была дана команда нарочным доставить на полигон Сары-Шаган совершенно секретные материалы по ядерным боеголовкам противоракет, макеты которых хранились на полигоне в неприметном, обнесённом жиденьким проволочным ограждением бункере из бетонных блоков.

          Для доставки на полигон секретных материалов мне был выделен самолёт «Кукурузник» и выдан пистолет с двумя обоймами боевых патронов для охраны секретного пакета. Лететь пришлось трое суток с несколькими посадками и ночёвками совместно с экипажем самолёта в гостиницах аэропортов, на которых приземлялся наш самолёт. Выделить мне сопровождающего мои командиры почему-то не догадались. В этой связи возникали сложности с хождением в гостиницах в умывальник и особенно в туалет. Да и спать с секретным пакетом и пистолетом под подушкой было некомфортно.

         Прилетели мы на полигон в самый разгар зимы. Я впервые познал зимние «прелести» пустыни Бетпак-Дала (Северная Голодная степь) с озером Балхаш на востоке. Здесь меня встретила зима 40-ка градусным морозом и буйным степным ветром, когда снег течёт по степи словно молоко. Пелена пурги закрывает всё. Её не пробивает даже свет фар. Снег заполняет все впадины и ямки-ловушки перед машиной. По такой дороге, которой водители придумали хлёсткое название «Господи, пронеси!», я с аэродрома по запорошенным колдобинам добрался до штаба полигона, расположенного на «Полуострове», где сдал в секретную часть совершенно секретный пакет, а сам остался наедине со своим пистолетом.

         Несколько дней мне пришлось прожить в бараке под названием «Казанский вокзал» на втором ярусе койки,  борясь ночью с клопами. За это время мне удалось посетить упомянутый выше бункер, внутри которого на аккуратных подставках лежали макеты ядерных боеголовок к противоракетам большой (А-350Ж) и малой (ПРС-1) дальности полёта системы противоракетной обороны Москвы А-35М. На входе в бункер стоял единственный часовой с автоматом, который потребовал пароль от начальника караула, сопровождавшего посетителей. Получив пароль, часовой впустил прибывших в бункер через мощную дверь с сигнализацией и несколькими замками. На выходе из бункера все расписались в специальной книге, что никогда и никому не расскажут о том, что там видели. Впоследствии в приёмке на вооружение этих боеголовок непосредственное участие принимал и я.  

         Мне также удалось пообщаться со своими коллегами по РВАИУ, которые уже успели посадить по одному дереву на «Полуострове» и  начали получать более серьёзные задания, адаптируясь  к местным условиям.

         Я сходил на берег озера Балхаш, осмотрелся вокруг и представил, что нас с женой и годовалым сыном  ждёт здесь после передислокации НИЧ на полигон, где мне до самой пенсии предстояло «грызть» неизвестную для себя науку по оценке поражающего действия ядерных зарядов противоракет. Положительные эмоции вызывало только то, что вокруг закладывались фундаменты всевозможных строек. Везде на территории полигона отмечался поражающий размах строительства. Всё было в руках военных строителей. Примерно в километре от «Полуострова» зарождался город со всеми его атрибутами: 36-ти и 24-х квартирными домами, водозаборами, котельными, детскими садами, школами, магазинами, кинотеатрами, гостиницами, Домом офицеров. Городу было присвоено название Приозёрск.

          С этими впечатлениями я, спустя несколько дней, тем же бортом, с ещё большим числом промежуточных посадок, добрался до Москвы, где благополучно расстался с пистолетом, так и не израсходовав ни одного патрона, не отразив ни одного нападения.

         Через десять лет за огромные заслуги перед страной полигон Сары-Шаган был награждён орденом Ленина, а Приозёрск стал крупным городом: отличные дороги, многоэтажные дома, школы, дошкольные учреждения, Дом офицеров, где постоянно выступали видные артисты, научные деятели и представители интеллигенции. На берегу Балхаша красовались две шикарные гостиницы «Люкс-1» и «Люкс-2» с прилегающими кортами и другими спортивными сооружениями. Справа от дороги между Приозёрском и «Полуостровом» стояли корпуса госпиталя, лучшего в Казахстане. Таким образом, полигон стал крупным научно-испытательным центром Войск противоракетной обороны страны.

         В этом огромная заслуга первого начальника полигона генерал-лейтенанта Степана Дмитриевича Дорохова, именем которого после его кончины была названа одна из улиц Приозёрска. Это был человек-легенда. Он находил время для каждого, кто к нему обращался, успешно решал проблемы жилья и снабжения, очень сложные в первый период становления полигона. Под руководством С.Д.Дорохова была создана инфраструктура полигона, обеспечившая его работу на многие годы.

         Мы, бывшие молодые лейтенанты, благодаря исключительному гражданскому подвижничеству  С.Д.Дорохова,  невзирая на временные трудности в начальный период нашей службы на полигоне, гордимся тем, что смогли внести достойный вклад в решение исторической задачи по обеспечению обороны  страны от возможного ядерного нападения.

 Николай Николаевич ЛОЩИЦ

  Баллада написана Юлием Константиновичем Цуковым, светлая ему память, в 1966 году в свези с гибелью Первого начальника Балхашского полигона...

                                                                  Весь путь его был труден и прекрасен,

                                 Пожаром революции горя

                                 Простой шахтерский парень из Донбасса

                                 Встает на пост охраны Октября