ПОЗДРАВЛЯЕМ с 85-летием Виктора Никифоровича КУЗНЕЦОВА -

- Ветерана Вооруженных сил СССР, Балхашского полигона и 45 ЦНИИ МО, кавалера ордена Красной Звезды, настоящего полковника!

     Ветеран Вооруженных сил СССР, Балхашского испытательного полигона и 45 ЦНИИ МО, кавалер ордена Красной Звезды, полковник КУЗНЕЦОВ Виктор Никифорович родился 01 сентября 1940 г. в селе Любовка, Бондарского района, Тамбовской области в крестьянской семье. Далее по нашей просьбе вспоминает юбиляр:

     «Семья наша считалась сравнительно небольшой, но многодетной - 9 человек (родители, пятеро детей и бабушка с дедушкой).
     Отец - активный участник Великой Отечественной войны, будучи с 18 лет коммунистом, сражался в рядах Рабоче-крестьянской Красной Армии с бандой Антонова на Тамбовщине. С самого начала Великой Отечественной войны сражался под Москвой. Затем, после разгрома фашистов под Москвой, мотострелковая дивизия, в которой он служил, была передислоцирована под Сталинград , где вскоре началась Сталинградское сражение - отец принимал в нем участие с самого начала и до победного завершения. Далее, в составе той же мотострелковой дивизии он воевал от начала и до конца на Курской дуге, был дважды тяжело ранен. После первого ранения лежал в госпитале, а после излечения вернулся в строй. В конце Курской битвы был контужен и второй раз тяжело ранен, лечился в госпитале несколько месяцев, а после выписки был комисован по здоровью. Награждён многими орденами и медалями.
     Мама - домохозяйка, занималась домашним хозяйством, детьми и тыловым обеспечением мужа.
     После окончания средней школы (десятилетки) с «серебряной медалью» я в 1964 году поступил в Омский политехнический институт (ныне Омский государственный технический университет) на радиотехнический факультет по специальности «информационная техника и кибернетические системы» (на тот момент эта специальность была впервые включена в программы обучения ряда основных технических вузов СССР). Конкурс был 14 человек на место, а среди абитуриентов - более половины медалистов. В институте существовала военная кафедра, на которой из нас готовили инженеров по ремонту и обслуживанию электро- и спецоборудования бронетанковой техники. 
     По окончании 4-го курса нас отправили на месячные лагерные сборы в бронетанковый полк, где мы по окончании сборов на полигоне полка сдавали госэкзамены по управлению танком, в том числе при преодолении препятствий: траншей, окопов, крутых склонов и водных преград (статических водоёмов, рек и пр.). В последнем случае на башне танка устанавливалась металлическая труба высотой 3 и более метров, танк полностью герметизировался и на выхлопные трубы монтировались специальные клапаны. Преодоление водных препятствий осуществлялось по гирокомпасу на ориентир, выбранный механиком-водителем заранее на противоположном берегу водоёма.
     В конце лагерных сборов нам устроили учение, которыми руководили командир полка и начальник нашей военной кафедры полковник Петренко Д.С. Командирами экипажей, механиками-водителями танков и наводчиками были исключительно студенты, сдавшие госэкзамены. В качестве инспекторов, а также для страховки и обеспечения учения в нем принимал участие и штатный состав полка - офицеры, сержанты и рядовые. При этом в ходе учения, в том числе был имитирован и «ядерный взрыв». Стрельба велась из танковых пушек и пулемётов холостыми боеприпасами (снарядами и патронами). Всё было приближено к реальным условиям, как в настоящем бою.
     После успешной сдачи госэкзамена и завершения лагерного сбора нам были присвоены воинские звания «инженер-лейтенант» - оно стало моим первым офицерским званием!
     На 5-ом курсе в институт приехала отборочная военная комиссия во главе с генерал-майором Ковалёвым Н.А., т.н. «вербовщики». На собеседовании я категорически отказался служить в танковых войсках. Тогда мне было предложено ещё несколько родов войск и мест воинской службы, в том числе в войсках ПВО страны на Государственном научно-исследовательском испытательном полигоне № 10 МО СССР (в/ч 03080) в Казахстане - на последнее предложение я с готовностью ответил согласием. Но генерал запомнил моё упрямство и в выводах собеседования записал, что студент Кузнецов В.Н. служить в ВС отказался (?). Так эта запись и осталась «красной тряпкой» в моём личном деле, как говорится, на всю оставшуюся жизнь. Ну, что тут скажешь - мягко говоря, слукавил генерал и пусть это останется на его совести.
     Уже после получения диплома о высшем образовании мне и ещё нескольким студентам нашего выпуска Омский горвоенкомат выдал удостоверения личности офицера, оформил месячные отпуска и вручил предписания явиться к месту службы, как сейчас помню, не позднее 14 августа в в/ч 03080. 

     По приезду на полигон (ст. Сары-Шаган Казахской ж/д, далее автобусом) нам были оформлены пропуска в отдел кадров в/ч 03080, где нас принял начальник отдела кадров полковник Фертиков А.Т. Побеседовав со мной, он позвонил начальнику 3 отдела 1-го Управления полигона подполковнику Холмецкому С.Н. - таким образом я оказался в 3 радиотехническом отделе в/ч 03080-Л на должности инженера-испытателя. 
     Отдел в то время занимался испытанием противоракетного комплекса С-225 «Азов» и исследованием замкнутого контура управления ракетой. Мне предложили заняться вопросами статистической обработки координатной информации самой противоракеты и цели, на которую она была направлена, а также прогнозированием (пролонгацией траекторий движения) полёта этих изделий. В дальнейшем было поручено заниматься ещё и исследование программы обеспечения безопасности пусков противоракетной системы С-225 «Азов» в условиях алгоритмического ограничения, дабы не выйти за географические границы боевого поля полигона.
     Кроме решения указанных задач мне привелось активно участвовать в предпусковом и послепусковом моделировании для оценки безопасности конкретных пусков противоракеты и принимать непосредственное участие в пусках противоракет по условным и реальным, в том числе сложным баллистическим целям, запускаемым на наш полигон с полигона Капустин Яр. Для экономии реальных изделий (ПР и СБЦ) при испытаниях широко использовался разработанный учеными 45 ЦНИИ МО опытно-теоретический метод оценки характеристик. При этом условные противоракеты и цели представлялись их комплексными моделями, откалиброванными и паспортизованными по результатам проведения реальных пусков ПР и СБЦ в комплексе с боевыми программами радиолокационных средств системы. После проведения реальных пусков приходилось проводить обработку и экспресс-анализ полученных результатов, участвовать в «разборах полётов», как правило, проводимых главными конструкторами изделий, и писать отчёты по их результатам. 
     Наряду с участием в специальных испытательных работах каждый из нас принимал участие и в научно-исследовательских работах по целому ряду комплексных тем НИР. При этом мне привелось выступать с докладами и сообщениями на научно-технических конференциях, проводимых, в том числе на полигоне, и публиковать научные статьи в сборник научных трудов в/ч 03080.
     В 1972 году, на «отлично» сдав кандидатские экзамены по немецкому языку и философии, я предметно занялся работой над диссертацией. В этом же году произошло событие, в какой-то степени изменившее мою судьбу: я был приглашён на беседу... в отдел Комитета государственной безопасности. В ходе беседы мне было предложено сотрудничать с ними. На мои вопросы, что будет входить в мои обязанности и что будет, если я откажусь, ответили, что в ходе испытаний системы я должен буду всеми возможными способами противодействовать утечке за рубеж секретной информации о тактико-технических характеристиках испытываемых систем и комплексов, а в случае возникновения таких ситуаций, немедленно информировать об этом указанным мне способом. Что касается последствий отказа, то было многозначительно заявлено, что «отказываться от их предложений не принято» - я вынужден был дать согласие. Слава Богу, что в дальнейшей моей службе и работе таких ситуаций, о которых я должен был докладывать, не случилось ни разу. Но этот «шлейф», в большей степени морально-психологического свойства, тянулся за мной очень долго, в том числе и после перевода в Москву. Хотя, как говорится, нет худа без добра, но об этом ниже.
     В 1979 году, думается, благодаря успехам в научной работе, я был переведен в 45 ЦНИИ МО, где продолжил работать по вышеописанной полигонной тематике. После заключения Договора между СССР и США «О запрещении разработок и испытаний мобильных систем ПРО» испытания и работы по системе С-225 были прекращены.
     В начале 1980 г. я был включён в состав комиссии по приёмке и передаче научно-технической документации из 2 НИИ (г. Калинин, ныне г. Тверь) в 45 ЦНИИ, что было связано с установленным комиссией МО фактом «параллелизма» в работе этих двух уважаемых институтов, фактической работе в ряде случаев по одной и той же тематике.
     Далее мне привелось активно участвовать в испытаниях системы ПРО A-135 «Амур», вплотную изучить такую науку, как «эргономика» (наука об окружающей среде, в условиях которой приходится работать человеку любой профессии, от повара до космонавта) для создания комфортных условий роботы обслуживающего персонала (снятие психологических и физических нагрузок, усталости организма и пр.). Кроме того занимался испытанием коллективного табло на КП системы, на котором отображалась ракетно-космическая обстановка, опасные направления возможных ракетно-ядерных ударов вероятного противника в реальном масштабе времени. Здесь вместе с подполковником Пашником И.В. и майором Дроновым В.А. мы на одном из Ленинградских предприятий ВПК проводили испытания АРМ (автоматизированные рабочие места), которыми были оборудованы рабочие столы офицеров-операторов по всем средствам системы. При этом на мониторах этих АРМ по запросу офицера-оператора отображалась информация о состоянии, функционировании, сбоях и неисправностях всех средств системы. Не смотря на то, что система работала полностью в автоматизированном режиме, человеческий фактор оставался доминирующе важным. В это же время, обобщая полученные результаты, я продолжал публиковать научные статьи в сборник трудов Института и не только.
     В конце марта 1991 г. мне предстояло быть уволенным из рядов ВС СССР в запас по возрасту с календарной выслугой 23 года и 6 месяцев (с учетом учёбы на военной кафедре). Здесь выскажу большое спасибо однополчанину по полигону Зиме В.И., работавшему на тот момент в кадрах Войск ПВО, который ходатайствовал перед начальником института (также ветераном полигона генерал-майором Батырем Г.С.) о продлении мне срока службы ещё на 6 месяцев, чтобы выслуга лет на пенсию составила полные 24 года.

     После увольнения из рядов ВС остро встал вопрос о продолжении трудовой деятельности (на одну пенсию прожить трудно). В этот момент мои кураторы из Комитета предложили продолжить госслужбу в их ведомстве с сохранением воинского звания и последующим возможным продвижением по службе, на что я дал согласие. Через 9 месяцев работы в Комитете, сопряженной с большим риском для жизни (о ее сложности и опасности можно написать отдельную книгу - именно здесь я был награждён орденом Красной Звезды), мне было присвоено очередное воинское звание «полковник», а спустя ещё 10 месяцев я был уволен в связи с реорганизацией ведомства, в том числе с переименованием КГБ в ФСБ.
     Далее я продолжил свою трудовую деятельность уже «на гражданке» в Объединённой административно-технической инспекции (ОАТИ) правительства Москвы - сначала техническим инспектором, а через год главным техническим инспектором ВАО (Восточного административного округа). Проработав здесь 2.5 года, в 2003 году я перешёл на работу в ФГУП ГлавНИВЦ (Главный научно-исследовательский вычислительный центр) Управления делами Президента РФ на должность руководителя группы безопасности, а спустя 3 года стал начальником службы безопасности. При этом в мои обязанности входило: проведение беседа с вновь прибывшими на работу сотрудниками, оформление им электронных пропусков, выдача рекомендаций начальникам отделов о принятии новых сотрудников, контроль за работой службы охраны, согласование зарплаты охранников с руководителем охранной организации, контроль за функционированием световой и звуковой сигнализациями и за исправностью средств наблюдения и контроля, а также все организационные вопросы по ГО и ЧС, в том числе организация эвакуации сотрудников и размещения их в безопасных местах при чрезвычайных ситуациях и т.д.»

     Вот так часто бывает в работе с «нашим братом» (ветеранами, служившими Отечеству во второй половине прошлого столетия): его попросишь написать автобиографию, а он присылает отчет о работе! Поэтому считаем необходимым добавить, что в настоящее время Виктор Никифорович окончательно вышел на заслуженный отдых и, проживая в Москве, сначала большую часть времени проводил на даче, а после ее продажи продолжил свое увлечение поэзией и стал завсегдатаем московских театров, картинных галерей и художественных выставок, благо в столице их хватает.
     Женат, по собственному признанию, «ниединожды». Имеет двоих детей (сына и дочь) от первого брака, обожает двоих уже ставших взрослыми внуков и, конечно же, души не чает в правнучке Мираславе (по его выражению, «моя любовь и отрада»). Коммуникабелен, обладает лёгким характером и веселым нравом, делающим его, как правило, душой любого коллектива или компании. Постоянно нацелен на шутливый тон, любит и хорошо понимает чужую добрую шутку. Увлёкшись поэзией, сам чаще всего пишет посвящения трогающим душу событиям или на юбилеи друзьям. Вот, например, его высоко патриотичное стихотворение, посвященное полувековому юбилею первого в мире баллистического перехвата, состоявшегося в небе над Балхашским полигоном 04 марта 1961 года:                      

Поверить трудно, что уже полвека
С той знатной в свете даты пронеслось -
Преодолел всё разум человека
И это в мире эхом отдалось!
                                
Вот вздрогнула Земля – ракета ввысь умчалась,                
Буквально через несколько минут
Она с ГЧ по-свойски разобралась
И уничтожила ее - вот тут…

Весь мир узнал о новой эре,
Которую СССР открыл,
Создав надёжный щит в воздушной сфере,
Он планы лжедрузей похоронил!

В те времена Хрущев в ООН заметил,
Мир знает, воевать мы не хотим,
Но, коль припрёт, единственны на свете
Мы в космосе в глаз муху поразим!

Враг содрогнулся, что это такое?
Но речь идёт совсем здесь не о том -
«Мать Кузькину» и в прочее иное,
Мы к шуткам лидера спокойно отнесём.

Страна трудилась, рук не покладая:
Рабочие, конструкторы, ткачи,
Учителя, учёные, крестьяне,
Конечно, сталевары у печи...

Ковали щит надёжный, прочный,
Чтобы от войны вздохнул уставший мир,
Чтоб круг сражений разорвать порочный,
Чтоб правил на Земле свободы пир!

И Кисунько, и Бункин, и, конечно,
Басистов, Люльев, Грушин и Глушко –
Трудились плодотворно и успешно,
В короткий срок создав систему ПРО!

Таких средь нас Героев много тысяч,
Да разве всех их можно перечесть …
За ратный труд, за доблесть, за успехи
Хвала и Слава им и по заслугам честь!

Трудились все самозабвенно и на славу,
И, чтобы кто и где не говорил,
Мы создали могучую Державу -
Ни разу нас никто не победил!

Ну, времна! Ну, что за наказанье –
Всем злопыхателям и недругам назло,
Как памятник (хотите, в назиданье)
В лесах Московии стоит система ПРО!

Сегодня вспоминают ветераны
 Свой ратный путь, и пройден он не зря!
 Болят, саднят, спать не дают им «раны»...
 За Ваше здравие поднимем тост, друзья!

     По-видимому, отдавая дань памяти началу своей воинской карьеры, Виктор Никифорович с момента образования в 2006 году в Москве Региональной общественной организации «Ветераны полигона ПРО», г. Москва, вошёл в ее ряды и активно подключился к ветеранской работе - в 2010 году он был награждён Памятным Знаком Организации (медалью) «Ветеран Государственного научно-исследовательского испытательного полигона № 10 МО СССР» (протокол заседания Совета от 08.02.2010 г. № 15).

     Поздравляя сегодня Виктора Никифоровича с днём рождения, случившимся с ним в 85-й раз, хочется пожелать ему не просто сохранения достойного здоровья, но и, как верный ключик к этому, сохранения свойственного юбиляру оптимизма и жизнелюбия! Желаем ему также, простите за тавтологию, желанных встреч с однокашниками по учёбе, однополчанами по службе на полигоне, сослуживцами по 45 ЦНИИ МО и настоящими друзьями по жизни!
     Еще раз, доброго Вам здоровья, дорогой Виктор Никифорович, на долгие годы заслуженной тёплой Осени!

Совет РОО «Ветераны полигона ПРО», г. Москва